245-летию со дня избрания Вали султана ханом Средней орды (1781)
В фондах Музеев Московского Кремля хранится богато оформленная сабля (инв. No 4427/1-3), представляющая значительный интерес для российских и зарубежных оружиеведов, военных историков и этнографов. Данная сабля поступила в Оружейную палату из Гохрана 26 мая 1926 года.
В средней части сабельной полосы золотом насечены надписи (с внешней стороны на русском языке, с внутренней – арабоязычная, являющаяся переводом русской): «Божiею милостiю Екатерина Вторая императрица и самодержица всероссiиская жалуетъ сею саблею подданнаго своего Вали хана киргисъкасацкой средней орды при учрежденiи его въсiе достоинство: 24-го маiя 1782 года».
Особо подчеркну, что в текст как русской, так и арабской надписи вносились изменения. В частности, были исправлены имя хана и год пожалования сабли. В ходе внесения изменений мастер, грубо работая штихелем, покрыл фон вокруг букв и цифр характерной сеткой, благодаря которой упомянутые исправления хорошо заметны на поверхности клинка.
Изучение описей императорского Кабинета второй половины XVIII века показало, что в кладовой при Алмазной мастерской Кабинета императрицы Екатерины II хранилась целая группа богато оформленных сабель, часть которых была доставлена в Санкт-Петербург из Москвы еще в 1734 году. На протяжении XVIII века оружие из Рюст-камеры, Алмазной мастерской, Оружейной палаты использовалось для пожалования восточным правителям и дипломатам, а также казачьим атаманам и старшинам. Иногда оригинальные рукоять и гарда удалялись, и к высококачественному клинку добавлялась новая драгоценная монтировка. В других случаях оружие использовалось в первоначальном виде. На клинках жалованных сабель золотом наносилась соответствующая надпись. В период правления Екатерины II эти работы обычно осуществлялись ювелирами Алмазной мастерской.
В 1777 году Абылай хан обратился к императрице Екатерине II с просьбой утвердить титул хана трех жузов со стороны Российской империи. Другой и, возможно, основной целью такого обращения было стремление получить военную поддержку в преддверии большого похода против тянь-шаньских киргизов.
Абылай хану было отказано в запрашиваемой «тясячной команде» солдат, казаков и калмыков, а вместо титула верховного хана российские власти признали за ханом Абылаем лишь титул хана Среднего жуза. Для принятия присяги и подтверждения титула хана Среднего жуза российскими чиновниками была разработана торжественная церемония. Специальным рескриптом правителю Среднего жуза были пожалованы знаки подтверждения его ханского достоинства: «…жалованная грамота за Государственною печатью, шуба соболья, покрытая парчой, шапка парчовая ж с околышем чернобурой лисицы и сабля с надписью». Это третья по счету, после 1740 и 1758 годов, жалованная и вторая именнаясабля, которую предполагалось вручить Абылай хану от имени императрицы Екатерины II.
Сабля, а также другие символы ханской власти были отправлены из Санкт-Петербурга в Оренбург 21 сентября 1778 года, куда благополучно прибыли в том же году. Местный губернатор И.А. Рейнсдорп (1730–1782) должен был торжественно вручить их Абылай хану «…в Оренбурге или другом каком способном месте на основании порядка, сделанного при вручении таковых же отличностей Меньшой орды Нурали Хану». В качестве места проведения церемонии была избрана Петропавловская крепость Ново-Ишимской оборонительной линии, по соседству с кочевьями Среднего жуза.
Однако, тщательно спланированная церемония так и не состоялась. Нежелание российских властей оказать военную помощь привело к тому, что Абылай хан отказался прибыть на прием к губернатору и откочевал на юг. Личный писарь хана Ягуда Усманов сообщал по этому поводу: «Аблайсолтан поехал бы не только в Петропавловскую крепость, но и в Оренбург, если бы даны были просимые им войска, а бес того не только присяги, но и знаков принять не хочет». В ответ на это решение Абылай хана Россия приостановила посылку ему назначенного ежегодного жалования. Несмотря на отказ России и Цинской империи оказать военную помощь, Абылай хан нашел возможность разгромить тянь-шаньских киргизов самостоятельно в 1779 году, однако, на север он больше не вернулся. В результате предназначенная для церемонии сабля так и осталась на хранении в Петропавловской крепости.
После смерти Абылай хана в 1781 году Вали султан в присутствии пяти тысяч представителей родов Среднего жуза был поднят на белой кошме и провозглашен ханом.
В мае 1781 году командующим отдельным Сибирским корпусом генерал-майором Н.Г. Огаревым (1729–1789) было получено письмо, в котором Вали султан сообщал о смерти Абылай хана, подчеркивая, что последний на протяжении полувека служил российскому престолу: «А я с братьями своими и подданными киргисцами желаем также в подданстве быть так как и покойной наш отец находился непоколебимо».
14 февраля 1782 года Екатерина II подписала ханский патент. Вместе с патентом в Оренбург были посланы императорская «Обвестительная» грамота на русском и татарском языках, а также форма присяги на двух языках, которую «должен будет учинить Вали солтан».
Оренбургскому губернатору предписывалось провести публичную церемонию принятия присяги Вали султана и вручения «жалуемых обыкновенно на ханское достоинство знаков, как то сабли, шубы и шапки, которые находятся в готовности в петропавловской крепости, куда все сие доставлено в 1778 году от коллегии иностранных дел для умершего ныне Аблая хана, не получившего всего того, по причине уклонности его от приезда в пограничные крепости и учинения присяги, почему могут они быть употреблены при нынешнем случае».
Передача новому хану парчовой, опушенной чернобуркой, шапки и крытой парчой соболиной шубы не должно было вызвать у местных чиновников особых проблем, чего нельзя сказать о сабле, клинок которой украшала золотая насечка с именем Аблая и годом пожалования оружия 1778 г. Этим вопросом предполагалось заняться особо. В частности, предписывалось сделать «…новую надпись на сабле, которая на хранящейся в Петропавловской крепости высечена на имя Аблая, а ныне надлежит ей быть на имя Валия, для чего господин генерал порутчик и кавалер Якобий и послал уже от себя туда с предписанием привести ту саблю в Оренбург, а как скоро пришлется туда для таковой насечки форма, то по оной надлежащим образом и исправлено будет». Форма надписи для насечки на сабле была определена в соответствии с предыдущими: «Божiею милостiю Екатерина Вторая императрица и самодержица всероссiиская жалуетъ сею саблею подданнаго своего Вали хана киргисъкасацкой средней орды при учрежденiи его въсiе достоинство: 14-го февраря 1782 года». Исправлено было имя с Аблай на Вали и цифры в годе 1778 на 1782, день и месяц с 24 мая на 14 февраля не стали исправлять, слишком сложно.
Таким образом, сабля No 4427/1-3, хранящаяся в настоящее время в Музеях Московского Кремля, – та самая, что была 21 сентября 1778 года послана правителю Среднего жуза Абылай хану. После уклонения его от присяги сабля до 1782 года хранилась в Петропавловской крепости Ново-Ишимской оборонительной линии. В 1782 году она была перевезена в Оренбург, где, очевидно, местный мастер, притом невысокой квалификации, исправил надписи на клинке в соответствии с формой, присланной из Санкт-Петербурга. При этом он не стал менять день и месяц в дате, которая должна соответствовать дате подписания императрицей ханского патента, оставив их такими, как они были написаны в 1778 году.
Церемония принятия Валиханом присяги состоялась 1 ноября 1782 года в Петропавловской крепости: асессор и два чиновника надели на него соболью шубу и саблю, а генерал-губернатор вручил ему шапку и ханский патент.
На протяжении последних десятилетий XVIII века и большей части XIX века предназначенная хану Абылаю и пожалованная хану Вали сабля хранилась у представителей казахской военной и политической элиты. Так, в частности, в конце XIX века она входила в состав коллекции Мейрама Женайдарова (1846–1921), являвшегося сыном одного из сторонника мятежника Кенесары – Жанайдара Орынбайулы (1818 – 1870-е гг.).
В 1891 году по случаю приезда в Омск цесаревича Николая Александровича, будущего императора Николая II, оружие экспонировалось в рамках этнографической выставки. Сабля была выставлена в комплекте с «собольей шапкой и парчовым поясом», принадлежавшими хану Вали. Оружие позиционировалось как «украшенная большими ценными камнями сабля, пожалованная [ему] 27 мая 1782 г. императрицей Екатериной Великой по случаю утверждения в этот день Валия ханом Средней орды», дата утверждения ханом была указана соответственно некорректно.
На основании анализа конструкции, системы оформления сабли и ножен из собрания Музеев Московского Кремля (инв. N 4427/1-3) и соответствующей надписи на клинке установлено, что это оружие относится к числу сабель-инсигний (Символ ханской власти, вручавшийся правителям жузов, принявшим российское подданство, при их утверждении в ханском достоинстве.- АИЩ).
Данная инсигния имеет исключительную научную ценность. Она – единственный дошедший до нас в практически неповрежденном виде оружейный символ власти киргис-кайсацких ханов, уникальная реликвия истории российско-казахских отношений XVIII – XIXвв (По материалам: «Сабля казахского Валихана из собрания Музеев Московского Кремля». Бобров Л.А., Новоселов В.Р. Вестник НГУ (Вестник Новосибирского государственного университета). Серия: История, филология. 2020. Т. 19, No 3: Археология и этнография).
Наше сообщество в Вконтакте. Подпишись, чтобы быть в курсе новостей!